andrzejn | Дневник дневника

Я решил завести дневник. А что? Людям можно, а мне нельзя? Что с того, что я сам - дневник? Нет, не школьный. И не руководителя. Я дневник, в который записывают свои наблюдения, мечты, помыслы. Но это не значит, что и я не имею права записывать свои. А что? Стоит попробовать. Итак...

5 НЕДЕЛЬ НАЗАД.

Хозяйка открыла меня и занесла первую запись.

Я был знаком с Гуфельдом Зэевом в те времена, когда он ещё жил в Киеве и все его звали Владимиром Гуфельдом. Поэтому я читал "Дневник дневника" тогда, когда все описанные в нём киевские здания соответствовали своим описаниям. Сейчас одних уж нет, а другие перестроили и перекрасили; некоторые, впрочем, сохранились и по сей день.

Доблестный рыцарь Ричард Львиное сердце трудился в поте лица - весь его замок был заляпан краской.
Кони, скучая по хозяину, томились в конюшнях, а по коридорам, переходам, по всем комнатам гулял лёгкий смешок. Слуги, улыбаясь, многозначительно поглядывали на хозяина и закатывали глаза.
- И что с ним такое? - удивлялась старая кухарка. - Неужто на последнем турнире по голове получил?
- Наверно, - хихикал маленький паж, слизывая крем с большого пудинга.
Доблестный рыцарь Ричард Львиное сердце занялся рисованием!
Нет, получалось у него довольно-таки неплохо. Стенгазеты бы он оформлял прекрасно. Но рыцаря тянуло на серьёзные полотна.
- Сэр Падре, - говорил он, - ну что я могу с собой поделать? Да, я смешон, я глуп, я бездарен, но кисть меня прельщает не меньше копья.
- Твори, сын мой, - отвечал священник, - только трезво цени свою работу.
- Я понимаю, святой отец. Я ценю её трезво. Но не рисовать не могу. Есть меломаны, есть графоманы, а я, видно, рисоман.
- Твори, сын мой, - улыбнулся Падре, - не заковывай душу - не сможешь. Возможно, это пройдёт, возможно, пробудятся новые силы.
- Святой отец, но надо мной все смеются.
- Не обращай внимания на дураков, сын мой. Рисуй. Этого требует душа - это прекрасно.

Замком Ричарда Львиное Сердце называют один из домов на Андреевском спуске. Он действительно стилизован под идеализированный средневековый замок. Когда писался "Дневник дневника", замок был полуразрушен, обнесен деревянным забором, и его реставрировали. Реставрировали и реставрировали, многие годы подряд.

Однажды мы с друзьями взяли несколько копий главы о Замке Ричарда, кисточки, банку белой краски, и аккуратно переписали всю главу на зелёный строительный забор возле замка.