andrzejn | Танцы мужчин

...Томеш блаженно щурился: не столько от иррационального, хищного счастья, сколько от того, что не входило оно в предсказанный, подсмотренный мир, не было к тому никаких предчувствий. А, значит, появлялась надежда.

- Красивей тебя на свете нет, - сказал он отвыкшим голосом. - Боммм.

Но уже взбиралась на крышу соседка с нижнего этажа, придерживая длинную юбку; чуть сгорбившись, кралась она по ступеням, по тёмному перегретому чердаку, туда, где на крыше торчали четыре гриба энергоприёмников. К горячему притронувшись пальцем, зашипела и тут же забыла про боль, утвердилась в догадке, обернулась назад, прислушалась (с каждым её движением счастье сжималось, уползало неотвратимо в липкую свою трещину): колеблющиеся лица искажены, воздух теряет плотность, все глаза на неё. Вот спускается она тенью (Томеш замер, Аннетта бурно трясётся), вот поднимает руку к вызову и вот вызов после месячного перерыва размалывает бурую тишину:

- К вам гости! К вам гости!

Держась за горло, Аннетта смотрит на Томеша. Он закрыл глаза и скривил губы, между бровями появились две вертикальные складки.

- Я не выдержу, - прошептал Томеш, а губы слушались плохо.

И соседка закричала, услыхав его голос, и белкой ринулась вниз...

Владимир Покровский (lem_tolstoy). Танцы мужчин