andrzejn | Шестой с половиной этаж (4)

Эта часть - не фантастическая, но без неё не обойтись. Извините. Дальше опять будет интереснее. Полный текст собирается у меня на Самиздате.

Серёжка открыл глаза. Поморгал. Он сидел, скрючившись, в углу лифта. Привычный тускло-жёлтый свет из грязного плафона над головой, привычные исцарапанные и разрисованные стенки кабины. Кнопки, как всегда оплавленные и закопченные. Серёжка сам когда-то их поджигал, но с тех пор их уже не раз меняли и снова жгли.

Голова слегка кружилась, а мысли путались, как будто он заснул посреди дня, а потом вдруг вскочил спросонья. Что он вообще здесь делает? Они с Петькой ехали в лифте к нему домой, а потом… выпали… в рубку космического корабля! "Мартакары"! А где же Петька?

Его друг сидел рядом, в другом углу. Он тоже очнулся и сонно моргал.

- Петька! – Серёжка потряс его за плечо. – Ты помнишь? Ты помнишь, где мы были?

- Не тряси меня, - Петька попробовал встать. Со второй попытки у него получилось. – Помню. Никольская девять, второй подъезд…

- Четвёртый с половиной этаж! – Серёжка подтянул рукав. Код был на месте. – У Лаонис получилось! Нам не стёрли память!

- А может быть, у неё не всё получилось, - рассудительно заметил Петька.

- Это как?!

- Ну, а вдруг нам просто стёрли не тот кусок памяти? Ты никогда не узнаешь, что именно ты забыл…

- Бррр… Перестань! – Серёжка поёжился. Если Петька снова принялся за свои страшные истории, значит, с ним всё в порядке. Тут его осенило. – Как ты думаешь, сколько сейчас времени?

- Может быть сколько угодно. Ты фантастику читаешь?

- Ну.

- Они там вечно попадают в другие миры, а когда возвращаются – то или совсем не проходит никакого времени, или столько же, или даже целые годы. Может быть, все наши друзья давно состарились и умерли…

- Перестань, я сказал! Лаонис говорила, что они постоянно носят товары через этот канал. Значит, время здесь идёт так же, как и там. Сколько мы там пробыли?

- Меньше дня, точно. Несколько часов. Сейчас, наверное, вечер.

- Тогда, может, никто и не заметил, что нас не было.

- Ага, жди. Помнишь, куда мы все собирались пойти?..

- В милицию… Думаешь, все остальные пошли?

- А чего бы они нас стали ждать? То есть, конечно, подождали, потом поискали…

- …А потом пошли рассказывать, как загадочные бандиты-монтёры нас похитили. А мы тут возьмём – и вернёмся!

- …Прямо в руки милиционерам!

- Думаешь, они там внизу сидят?

- Давай думать, что сидят. И что мы им скажем?

- Сделаем вид, что стиралка сработала. Мы, значит, ехали ко мне домой, а потом бац! И не помним ничего. Очнулись в лифте, спустились вниз. Всё.

- Ага. Ничего не знаем, ничего не помним. Ничего не видели. Ну, поехали.

Вдохнув поглубже и задержав дыхание, Петька нажал кнопку первого этажа. Кабина послушно поехала вниз.

Внизу их действительно ждали. И милиция, и нервные родители, и любопытные друзья, которых постоянно шугали подальше от лифта. Ребят допросили, ничего полезного не узнали и вернули их родителям. Те тут же растащили детей по домам, накормили их ужином, померяли температуру и уложили спать.

Серёжка нервно бегал по квартире. В десятый раз подёргал ручку входной двери. Ничего не изменилось – всё так же заперто. В десятый раз пошарил на полочках, под полочками и под ковриком. Ключи не появились. Вздохнув, он добрёл до телефона и набрал знакомый номер.

- Алло! А можно… а, это ты, Петька? Как ты там?

- Никак. Меня дома оставили. И бабушка за мной смотрит. А ты?

- То же самое. Только без бабушки. Но все ключи позабирали, я выйти не могу. Ты бабушку никак… уговорить не сможешь?

- Нет шансов. Она у меня знаешь какая? – Петькин голос выдавал напряжённую душевную борьбу. С одной стороны, ему ужас как не хотелось пропускать дальнейшие приключения. Да и чувство долга – ведь и Лаонис обещали помочь, и друга нельзя оставлять одного… Но, с другой стороны, это ведь всерьёз! Кто знает, чем всё может закончиться? Боязно!

Будь они сейчас вместе на улице, Петька бы пошёл с Серёжкой куда угодно, без вопросов. А вот так, наедине с собой, поутру, когда напряжение вчерашних событий улеглось, а голос разума стал слышнее… В общем, бабушка давала Петьке железный повод сохранить лицо. Серёжка это отлично понимал. А Петька понимал, что Серёжка понимает, и поэтому только вздохнул в трубку.

- Ну ладно, - с великодушием сеньора, прощающего вассалу его прегрешения, Серёжка сменил тему. – Как бы мне выбраться из дому? У тебя есть какие-нибудь идеи? Но учти, по верёвке из окна я спускаться не буду!

- По верёвке не надо, - избавившись от тягостной дилеммы, Петька сразу повеселел. – Есть выход получше. Лёнька где живёт?

- О! – только и сказал Серёжка. И как он мог забыть?

Лёнька жил в соседнем подъезде, тоже на девятом этаже. Их квартиры разделяла только одна стена. Они немало времени провели на балконах, болтая и заглядывая друг к другу за бетонную перегородку. Серёжка даже однажды пытался перелезть к Лёньке по перилам, но тогда его вовремя перехватили родители.

Сейчас останавливать его было некому.

- Ты осторожнее там! Попрочнее ставь! – не имея возможности помочь другу, Лёнька суетился и нервничал.

- Сам знаю!

Серёжкино сердце колотилось где-то в районе горла и, казалось, собиралось выскочить через уши. Он сглотнул. Пирамида из табуреток выглядела надёжно. Он проверил ещё раз – все стоят хорошо, ни одна не шатается. Верхняя табуретка – вровень с перилами. Всего-то и нужно: аккуратно взобраться наверх, прижаться к сплошной гладкой стенке, протянуть руку на ту сторону, ухватиться за пожарную лесенку – по идее, такие лестницы позволяли вылезти на верхний этаж через люк в потолке, но эти пожарные люки у всех были заварены и замурованы – сделать пару шагов по перилам и спрыгнуть на Лёнькин балкон. Сейчас, когда пришло время действовать, этот простой план уже не казался таким безупречно надёжным.

Серёжка глубоко подышал, изгоняя предательскую дрожь из голоса.

- Я иду! – громко сказал он.

- Давай! – ответил Лёнька. – Я тут стол пододвинул, ты просто перейдёшь на него!

Серёжка встал на нижнюю табуретку. Пошаркал ногами. Нет, в сандалиях слишком скользко. Он разулся и, крикнув: "Лови!" - забросил сандалии на соседний балкон. Лёнька ойкнул – то ли от неожиданности, то ли получил по голове.

Верхняя табуретка. Пока ещё ничего страшного, пока он ещё на своём балконе. Серёжка прижался к перегородке, стараясь прилипнуть к ней. Эх, ему бы такие геккошки, как у Лаонис – он бы без труда перелез хоть на соседний балкон, хоть прямо вниз по стене! Осторожно следя, чтобы центр тяжести не сместился наружу, он просунул руку на ту сторону. Ну где же, где же эта лесенка…

- Ну, ещё пару сантиметров! – Лёнька переживал не меньше его.

Серёжка потянулся… Есть! Он намертво вцепился в стальную перекладину. Теперь несколько шагов… Облупившаяся краска с рассохшихся перил прилипает к пяткам… Наверное, если он сейчас поскользнётся, то так и повиснет на одной руке. Серёжка сжал пальцы изо всех сил. Обогнуть перегородку между балконами… Ещё шаг – и под ногами уже не перила, а столешница! Гладкая, скользкая… ширт! Серёжка вцепился в лесенку второй рукой и, присев на столе, перевёл дыхание.

- Здорово! Молодец! – Лёнька, кажется, не дышал вместе с ним.

- А, плёвое дело! – гордо ответил Серёжка, слезая со стола на пол. Оставалось сделать всего ничего: найти дом на незнакомой улице, пробраться на "Исихану" и открыть канал для Лаонис. Плёвое дело.

Никольская девять оказалась точно таким же домом, как и его собственный. Да здравствует типовое строительство! На лавочках возле дверей и напротив сидели несколько мальчишек – покрупнее Серёжки и, наверняка, сильнее его. Он прикинул свои шансы. Что лучше: просто зайти в подъезд как ни в чём не бывало или сначала заговорить с местными? Как здесь относятся к незнакомцам из соседних дворов?

Решившись, Серёжка подошёл к лавочке. Адреналин после балконного трюка ещё не выветрился, и он чувствовал себя бесшабашно-храбрым.

- Привет! – дружелюбно сказал он. – Меня зовут Серёжка.

- Привет, - лениво-настороженно ответил мальчишка постарше. – И чего тебе тут надо… Серёжка?

"Как бы поступила Лаонис?" - подумал Серёжка. А затем широко улыбнулся и сказал:

- Мне очень нужна ваша помощь! Хороший человек в опасности…

- А ты точно не выдумываешь? – в который уже раз переспросил Федька. Этот старший мальчишка с лавочки оказался совсем даже неплохим парнем.

- Честное слово! – заверил его Серёжка. – А если и выдумываю – ну что ты теряешь? Давай пойдём вместе!

Федька задумался и помотал головой.

- Нет, если ты не выдумываешь – тогда ты точно псих. Иди сам к этим пришельцам.

- Ну, как знаешь… - Серёжка расстроился, но не слишком. Кто его знает, этого Федьку, как он поведёт себя в опасной ситуации. Самому будет легче. Наверное. – Тогда давай повторим. Когда эти монтёры покажутся из-за угла, вы посвистите. Когда они вызовут лифт, мы тут затеем возню, я забрасываю мячик в кабину, - он поднял руку с одолженным у ребят теннисным мячиком, - бросаюсь за ним и еду наверх. А ты, если что, путаешься у них под ногами и не даёшь зайти следом…

- Замётано, - ребята скрепили уговор рукопожатием.

Ждать пришлось недолго. Минут через пятнадцать с улицы тихонько свистнули.